Двадцать восьмое письмо к Луцилию. Луцилий путешествовал и продолжает жаловаться: сменил места, а лучше не стало.
Сенека отвечает одной фразой: animum debes mutare, non caelum — менять надо душу, а не небо над головой.
То, от чего ты убегаешь, ты берёшь с собой. Источник беспокойства не в месте, он внутри.
Уйди в себя, recede in te ipse, повторяет он формулу из восьмого письма. Самоизоляции он при этом не имеет в виду: уйти в себя значит найти внутри что-то устойчивое.
Люди переезжают от скуки, потому что скучно им с собой. Возвращаются — скука на месте. От себя не уедешь.
Сенека предлагает взамен другое движение: в мыслях, в чтении, в разговоре с великими через книги. Расширяет человека перемена угла зрения, а не перемена широты.
Omnia aliena sunt, tempus tantum nostrum est — всё чужое, только время наше. Не место и не развлечение. Время и то, куда направлен ум.