Nulla aetas ad discendum sera — никакой возраст не поздний для учения. Формула позднейшая, а мысль сенековская: он писал Луцилию, что учиться следует, пока не знаешь, и что старику это идёт не меньше, чем юноше.
Античность относилась к утверждению неоднозначно. Солон, по преданию, говорил, что старится, много узнавая; римские моралисты чаще советовали старику подводить итоги.
Данные последних десятилетий разрешают спор скорее в пользу Сенеки, но с оговорками. Скорость обработки и рабочая память с возрастом снижаются устойчиво — Солтхаус собирал эти данные с восьмидесятых; накопленные знания и словарь при этом держатся или растут. Обучение идёт медленнее и не прекращается.
Мерцених с коллегами показал перестройку корковых карт от практики у взрослых животных — то, что прежде считали свойством одного лишь развивающегося мозга.
Стоическая часть касается не способности, а согласия. Карстенсен с девяностых показала, что с возрастом смещается предпочтение: люди выбирают эмоционально значимое вместо познавательно нового, и сужение круга оказывается выбором, а не следствием упадка.
То есть поздно не бывает. Бывает неинтересно — и это другой вопрос.