Катон у Цицерона говорит прямо: жалующиеся на старость жалуются не на неё, а на то, что не потрудились раньше.
Ума старость не отнимает, если ум был занят работой. Радости не лишает, если человек умел находить её в вещах устойчивых.
Цицерон описывает четыре занятия, посильных в старости. Первое — думать и писать, второе — учить младших. Третье — хозяйствовать на земле; об этом он рассказывает с явным удовольствием, со знанием собственных полей. Четвёртое — принимать гостей и вести неспешные беседы.
Молодого тела ни одно из четырёх не требует.
Есть и ещё одно: сладостна сама возможность вспоминать прожитое. Прошлое не потеряно, оно становится запасом. В этом смысле пожилой человек богаче молодого — прошлого у него накопилось больше.
Самому Цицерону в эти месяцы остаётся меньше года. Он пишет это и, судя по всему, верит написанному.
Последний его год выходит на редкость плодотворным: три большие книги подряд. В декабре 43 года его убивают. Сожалеть о чём-либо было некогда.